ГлавнаяВ работе с архивными материалами моё внимание привлекла небольшая статья «Гвардии старшина», написанная моим отцом. Она была опубликована в «Челябинском металлурге» 14 лет назад. Приведу её, уважаемые читатели, дословно.
«Второй год идёт страшная война. Наша страна потеряла громадную территорию. А враг рвётся к Ленинграду. Осенью — зимой 1942 года 80-я гвардейская стрелковая дивизия, в составе которой находился и я, готовилась заменить страдающую от вшей и голода 15-ю дивизию, стоявшую в обороне.Мы находились в двух километрах от передовой во втором эшелоне, размещались в шалашах, сделанных нами из веток хвойных деревьев. …Ноябрь 1942-го. Синявинские болота стали покрываться тонким слоем льда. Днём холод и сырость ещё можно было терпеть, а вот ночью приходилось туговато. Нас обеспечили автоматами и выдали каждому полный боевой комплект патронов и гранат. Правда, применять автоматы мы ещё не умели. Нас проинструктировали, как использовать их в боевой обстановке. Было также приказано зайти в лесную глушь и пострелять по сухим сучьям с целью обучения стрельбе одиночными и очередями.В одном из шалашей размещалось всё моё отделение (я был сержантом, его командиром), всего девять человек. Ночью по одному дежурили у костра, не давая ему потухнуть, чтобы остальные хоть немного поспали.Однажды перед рассветом солдат, дежуривший у костра, уснул. Спали и все мы. Вдруг я проснулся от крика:— Горим, братцы!Мы выскочили из шалаша. Спиной я чувствовал сильный жар. Перво-наперво снял патронташ и гранаты. Скинув шинель, увидел, что из заднего её разреза идёт дым.Быстро потушил. Однако шинель прогорела. Нужно её ремонтировать, иначе замёрзнешь. Пришлось обратиться к старшине. Тот ответил:— Вещевой склад находится километрах в двенадцати от места нашего расположения.— Товарищ старшина, выручайте, посоветуйте, что делать с шинелью. Помогите, пожалуйста!Старшина с пониманием и сожалением посмотрел на меня и ответил:— Пойдём в каптёрку, найдём что-нибудь.Мне повезло — нашли новую козлиную шкуру, и старшина отдал её мне. На прощание он сказал:— Вставляй шкуру в спину шинели. В отделении тебе помогут.И действительно, вызвались мне помочь человек пять. Хоть и починили шинель некрасиво, но стало мне в ней действительно тепло! На войне как на войне В начале декабря того же 1942 года мы стояли в обороне в районе Круглой рощи. Вскоре мне опять довелось встретиться со старшиной. Было это так. Подходит он ко мне и говорит:— По указанию командира взвода выдели мне трёх солдат. Надо принести горячий обед и водку с полевой кухни. Она в двух километрах от нашего переднего края, в лесу.Приказ я выполнил. Старшина с тремя бойцами взяли пустые канистры и отправились в ротную кухню. Чтобы дойти до неё, им предстояло пройти через лес, затем пройти небольшую поляну, на которой не было ни единого дерева, а затем зайти опять в лес, где и была кухня.Случилось неожиданное (хотя можно ли назвать это неожиданным на войне?). При выходе из леса один из бойцов был убит. К счастью для оставшихся в живых, произошло это при выходе из леса на поляну.Дело в том, что по этой поляне ранее проходили танки, которые проделали глубокую колею. Один боец залёг в неё, а старшина и другой боец быстро вернулись в лес и замаскировались.Лежавший в колее был в относительной безопасности. Он попытался медленно, ползком передвигаться через поляну, но услышал рядом с собой свист пуль. Однако солдат не растерялся.Он незаметно взял палку, снял с себя каску, надел на палку и поднял над собой. Продолжая двигаться в таком положении, слышал, что стрельба идёт по каске. Длилось это больше часа. Наконец стрельба закончилась. От усталости и напряжения боец задремал прямо в колее…Старшина и боец, находящиеся в лесу, поняли, что у немецкого снайпера-«кукушки», ведшего огонь и затаившегося на дереве, кончились патроны. Стали медленно подходить к этому самому дереву. Подойдя к сосне, они увидели «кукушку».Старшина крикнул: «Хенде хох!» — и стал целиться в немца из автомата. Послышался шорох. Сверху полетела винтовка с оптическим прицелом. Затем спустился и сам стрелявший.Старшина с бойцом обыскали его, забрали у него оружие, зажигалку и курительную трубку. Немцу было жалко расставаться с трубкой. Бормоча непонятные слова, он заплакал. Трубка была действительно отличная. На ней была изображена собачья голова со стеклянными глазами. Когда курильщик втягивал в себя дым, собачьи глаза начинали светиться.Убедившись, что бывший снайпер обезоружен, старшина показал ему пальцем — мол, иди туда, куда стрелял, там рус Иван лежит в танковой колее, приведи его к нам.Немец понял и подошёл к спящему бойцу.«Рус Иван, ком», — произнёс фашист. Боец проснулся и увидел перед собой немца. Старшина со вторым бойцом, понаблюдав за происходящим, захохотали. Тем же двум было не до смеха. Старшина похлопал по плечу лежавшего в танковой колее и сказал:— Вместо ста граммов получишь пол-литра и банку американской тушёнки. Так закончилась эта трагическая и одновременно смешная история.К сожалению, из-за давности лет фамилии действующих лиц мною забыты. Ни одна встреча однополчан 80-й гвардейской Любанской ордена Кутузова стрелковой дивизии не проходила без воспоминаний об этом курьёзном случае». Жизнь продолжается С детства помню, как в этот святой для всех нас день, 27 января, единственным пожеланием отца всем нам были простые слова: «Мирного неба, тёплого хлеба, чистой воды и никакой беды!»А как гордился мой папа, когда я, челябинка, выйдя замуж за ленинградца, родила ему внучку-ленинградочку! А в дальнейшем окончила Ленинградский педагогический институт! Много лет назад мой родной Челябинск с лёгкостью отпустил меня, влюблённую, от себя. А незнакомый город на Неве, который когда-то защищал мой отец, с такой же лёгкостью принял в свои объятия как родную.Совсем скоро, в День Победы, мы с мужем отметим серебряную свадьбу! Нашей дочке уже 23 года, после окончания Санкт-Петербургского государственного университета она работает юристом.И теперь уже она изучает копии архивных материалов тех лет, оставленные ей дедом. На одной книжке имеется надпись: «Моей внучке Женечке от дедушки Васи. Будь хорошей девочкой — горячо люби свою Родину.Помни меня. Эту книжечку дарю тебе на память. На книжном фото — воины Второй ударной армии, которые участвовали в освобождении Ленинграда от вражеской блокады. Твой дед. Челябинск. 1987 год». Жизнь продолжается!
